Сеанс регрессии

(отрывок из будущей книги «Регрессия. В каком углу стоят те же грабли»)

Регрессия 13 октября 2018 года
Е:   Учитывая, что я всегда вижу очень яркие и динамичные сны, я думала, что и на регрессии будут яркие картинки. Волнения не было, была некая растерянность от неизвестности: что делать, как, увижу ли, пойму ли..

Вначале ничего не видела, все серое, как туман, но не мутное и не дымка. Потом белый свет, не режущий, естественно и органично воспринимающийся, так должно быть. Ни тепло, ни холодно, спокойно, безэмоционально, умиротворенно сказала бы. Ощущение: я - часть этого, а это - часть меня. Все едино, неотделимо, но в то же время не теряя индивидуальности: я не растворялась - я была единой частью чего-то большего. Не хотелось из него уходить, поворачиваться спиной.

СБриах:  
Так уж случилось, что когда человек лежит в регрессии, чаще всего я вижу вместе с ним. Иногда бывает и так: я вижу, а он нет. А иногда он видит тоже, но кусочками, обрывками. Либо визуальный ряд видит весь, а смысл от него ускользает. И буквально единицы видят не просто визуальный ряд, но и могут связать  воедино  ВЕСЬ ряд воплощений. т.е. увидеть не просто причинно-следственные связи, но и какую-то задачу: для чего он шёл на Землю.. или чего не случилось...

Е:   ….. Лето. Маленькая девочка в белом платьишке хлопчато-бумажном. Пышная юбчонка при задирании обнажает труселя. Ненавязчивый мелкий рисунок пляшет в такт прыганью девчушки. Маленькие две русые косички с бантиками на конце подхватывают этот такт: «раз-два, раз-два.  Куда-то так прыжками и подскоками, держа за руку мужчину в простеньком сереньком (в клеточку?) костюмчике идут. Ей хорошо, радостно и беззаботно. И эта большая рука, сжимающая ее ручонку, такая теплая и родная, а одобрительная улыбка слаще любой конфеты...
«Отматываем время» вперед…. Девушка, предположительно студентка (много книг в толстых переплетах на круглом столе) перед зеркалом расчесывает длинные волосы (они свисают справа на плечо впереди, одной рукой держит, другой расчесывает). Стройная, в обтягивающей кофточке, она смотрит в зеркало, расчесывая волосы, но себя там не видит. Ее мысли внутри себя. Она одна. Родителей нет – их просто больше нет (репрессированы?). Обстановка 20-30-х годов. Все серенькое, ненавязчивый рисунок обоев, трюмо, простенькие шторки , круглый лаковый? стол со скатеркой и книгами и вот это зеркало. Нет тоски, она все приняла, так должно быть. Нет друзей - нельзя было, и она смирилась.
…… Уже женщина, зима, вьюга, она идет, кутаясь в пальтишко серое, в пуховом платке. Смотрит в небо (стреляют?) и опять идет, старается идти быстро. Заходит в какой-то до дом, ей сюда надо и успокаивается, дошла.
Вот она уже в возрасте.. я думала, что она старенькая, но оказалось. - просто очень исхудавшая и осунувшаяся после болезни. Дрожащими тоненькими ручонками ставит железный чайник на печку-буржуйку, подкладывая дровишек. Маленькая кухонька, чистенькая, буфет, стол с со светлой скатертью. Она греет чайник, а вдруг кто зайдет. Но она никого не ждет специально. Кошка серая худая трется у ног. Она садится спиной к окну за столом, видна деревянная дверь в коридоре. Ее взгляд прикован туда. Вдруг ученик (она учительница?) вспомнит и зайдет по старой памяти. Но никого нет. Ей так хочется отдать кому-то тепло, она так долго была одна и только сейчас понимает, сколько у нее скопилось тепла, а отдать некому…
Вот она совсем старенькая, белые волосы, она лежит на железной кровати у себя в квартире. Ее не стало во сне...

Смотрим следующую (правильнее сказать — предшествующую той) жизнь.  Чувствую - начинается дрожь, руки трясутся. Иду, как бы раздвигая пространство руками, и смотрю.
……… Лес (сосны), зима. Здоровенный мужчина с бородой (такой русич-русич, богатырского телосложения), в шапке, тулупе, штанах (толстых, как ватных, но не ватных) и на ногах, обмотанных бежевыми тряпками, что-то типа лаптей. Смотрит в небо, прислушивается к ветру, птицам. За плечом ружье. Он уверен в себе и спокоен. Чувствует свою силу (может одной левой дерево положить). Он знает лес, его особенности, он здесь свой.
Деревянная постройка: полу-землянка - полу-избушка небольшая. Печка, на ней греется малой пацаненок.  Найденыш. Всю комнату занимает деревянный стол со скамейками по бокам. Справа от входной двери в углу шкурки и ружье, окошко небольшое с пучками трав-сухих ягод по бокам, слева лавка-табурет с ведром с водой, печка и еще большая лавка-лежанка. Он живет здесь с найденышем, раньше жил один. Не так далеко справа от леса есть деревенька, но он не ходит к людям, и они его сторонятся (не такой он как все, дикий). Взгляд его суров, но сердце доброе, но люди за внешней строгостью и суровым взглядом этого не видят.
Немного отматываем назад. Стоит на крыльце деревянного дома небольшого городка. Его провожает женщина в платке, одетом на белый платок, в льняных одеждах. Сестра. Он прощается, поклонившись, и уходит, не оглядываясь назад. Ему здесь нечего делать. Выходит за деревянный забор из бревен (кольями вверх) и идет куда глаза глядят с мешком за плечами, перевязанным бечевкой. Он ничего не боится, не беспокоится, спокоен и уверен. Останавливается в городках, строит что-то (вижу бревна носят, помогает более немощному напарнику справиться с ношей), на заднем плане белая церковь-мазанка), где-то даже в кузнице работает, но подолгу нигде не останавливается. В помощи не отказывает, но сам ни во что не встревает.  В итоге уходит в лес - так спокойнее, в миру суетно очень.
Вот он уже старик, что-то вытесывает ножом из дерева (ложка?). Он может все, не видит работы, с которой при должном старании невозможно справиться. Что-то рассказывает подросшему мальчонке. Веселый прищур, говорит что-то с юмором, мудрым поучительным юмором. Тепло относится к парню.
Вот он опять один. Лес. Зима. Он упал в снег. На его спине дерево. Пытается встать, не сдаваться, но силы покидают. Засыпает, утомленный сном вечности.
Руки успокоились немного. На вопрос: смотрим ли дальше или нет, отвечаю утвердительно.  Иду дальше, не сразу понимаю, что уже вижу. Темно. Потом догадка, что яма. Земляная серая яма, вверху свет и желтая трава. Смотрю сверху. Степь-полустепь с выжженной травой, одиноко вбитые колья, то ли забор, то ли ограда. Пусто. В яму спускают веревочную лестницу. Я мужчина, в рассвете сил 30-35 лет. С бородкой, усами, вьющимися волосами. В рубахе длинной с вырезом на груди. Передо мной то ли татары, то ли монголы. Я не понимаю их языка. Про себя называю «морда нерусская». Они мне что-то говорят, бьют по лицу, сплевываю с кровью, но не сломлен. Меня кидают опять в яму. В голове мысли: как сбежать и сожаление о сапогах. Вспоминает дом, жену.
Смотрю назад, в начало того воплощения. Мальчонка бегает по полосатым коврикам в большом деревянном доме (тереме). Сам себя забавляет, один. Вот он уже молодец. Высок, строен, в тулупе дорогом, в новых сапожках, смотри на сапоги, крутит ус, доволен, но самодоволен. Идет выбирать себе жену среди девиц. Смотрит внимательно, в глаза заглядывает. Выбирает скромную милую девушку. Свадьба. Сидят за большим столом, гости. Он торгует, возит товар (возможно пушнину), продает и покупает нужное, перепродает? Купец средней руки. Дела идут. Но последний обоз захватывают в плен. Товар не жалеет, уверен, что поднимется. Главное - выбраться. Бежит. Нет сил, но не сдается: родной лес уже близко, это его подбадривает в бесконечных степях. Добегает до леса весь изможденный, пораненный, ноги в крови. Находит деревушку, его снаряжают, помогают прийти в себя, дают лошадь. Едет домой.
Дома пытается восстановиться на прежнем уровне. Но дела не идут. Успокаивает жену, что будет все хорошо, но сам не особо в это верит. Тоску-печаль заливает какой-то мутной вонючей жидкостью в кабаке. Опять пытается что-то предпринять, мечется, но все никак не идет как раньше. Мечтает о детишках. С тоской смотрит на детвору. Своих нет. Жена кроткая, спокойная, смирная, из тех , кто полностью «за мужем».  
Он так и не смог подняться на прежний уровень. Старик. Сидят с женой (она прильнула к нему головой к плечу, он ее приобнимает) на лавочке, облокотившись на стену маленькой избенки-сруба. Потом уже сидит один. Часто смотрит в небо. Так и умер смотрящим в небо.

Три воплощения, одиночество, без детей, без любви… И зла не делала, и добром, благом не светилась.
Теплохладность?

СБриах:
Откровение ап. Иоанна Богослова, 3 глава 15 стих:
«Знаю твои дела, ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч! Но как ты тёпл, а не горяч и не холоден, то извергну (изблюю) тебя из уст Моих ...»

Для того, чтобы лучше понять многое — правильнее будет сейчас вновь перечитать весь текст, но уже рассматривая воплощения с конца — к началу. Потому что именно так шло движение воплощений жизни Души…
И в сотый раз, вновь и вновь поражаешься милосердию и великому терпению Творца: давать и давать шанс раз за разом приходить на Землю, чтобы когда-нибудь наконец!!! постичь важность, непременность осознанности жизни и важность  понимания, что ты - только клетка «тела Творца».
А обособленно ни одна клетка не жила, не живёт и жить не будет…
Существовать — да. Но ЖИЗНЬ — это только движение в развитии. Не просто движение («движуха», копошение, бег «незнамо куда и незнамо зачем», суета «одному дать завтрак, другому подоткнуть штаны, третьему промурлыкать колыбельную».

Развитие Души — это осознанность, жизнь в чистоте помыслов, чистоте и доброте деяний, заботе о ком-то (!! непременно! И этот «кто-то» - вовсе не ты, и даже не только твоя семья, потому что твоя семья — это тоже ты). Это умение жертвовать вторичным ради главного — а главное всегда — служение жизни Со-общества «клеточек». Служение — это не прислуживание. Жизни — это вовсе не просто существованию. Со-обществу — да, это часть социумного со-общества. Ни один монастырь задаче Души в этом не поможет. Монастырь — это всегда избегание.. Чистоты добавить может, но развития — почти никогда.

А теперь о главном: истинное развитие невозможно без Любви. Забота о собственной чистоте души важна и нужна, но развития только в чистоте не случится. Однако воплощение в чистоте помогает в следующем получить и доступ к Знанию. Знание может помочь в понимании того, что Любовь с большой буквы - это не столько и не только любовь к одному (двум-трём) членам семьи. Это со-общество едино-мышленников, это со-трудничество  в  распознании и становлении Истинной Цели. Высокой цели. И это служение в любви, труде и заботе о мире и добре.
Отделение, отодвигание себя от всех и вся, желание добра только себе и семье — это не Путь.. и о развитии тут речи не идёт. Это топтание на месте в той самой «теплохладности»… и не стоит сейчас думать:»а как же тогда у других.. полмира так живёт.. весь мир..» Неважно, КАК живёт часть сансарного мира.

Важно только одно: важно то, ради чего ТЫ пришёл на эту Землю в ЭТОТ раз: вспомнить, что такое Любовь — и жить В ней и ДЛЯ неё. А для — это значит для всех детей Божьих. Жить в чистоте помыслов, чистоте ежедневности бытия (чистоте от лжи, притворства, продажности, предательства, гневливости, раздражительности, злости, ненависти, похотливости животного и пр. и др. Это — твой Долг, твоя ответственность. И это было главным твоим желанием перед стартом на Землю.

Данная  Душа  постепенно сходила в «теплохладность» и отделение. Карма сподвигала выйти из этого, но непременно при условии преодоления искуса отделения, отключения, одиночества. Таковых в регрессиях приходилось наблюдать неоднократно. И как последствие - в конце концов человек, приходя на воплощение и в многодетную семью, либо имея потом свою семью, партнёра по браку и партнёров - коллег по работе, почти всегда и везде ощущает себя одиноким, либо ситуация складывается так, что «одиночество вдвоём» становится почти непосильным, но удивительно постоянным спутником. Друзья есть, но тоже временами «напрягают».
Подсказки? Они есть… в книгах. людях, фильмах.. Задача — научиться их видеть.
И трудиться. Постоянно. Неустанно. И непременно в любви. И служении Любви...

Выйти из череды похожих серых воплощений..
Столько мук. Столько слёз ваших матерей, столько потерь и обретений... столько дней, лет, жизней.. Ради осознания Чуда Единой вещи.. и Любви к каждой клеточке Пространства, потому что клетка печени не может существовать без клетки мозга,  а они обе — не смогут полноценно и счастливо жить без клеток лёгких, лимфы и выводящих систем организма. Единого организма. Целостного.
Ты — просто клетка… Но ты и властелин целого мира клеток в себе, за которых ты и только ты (не врачи, не учителя, не правительства, не система) несёшь полную и абсолютную ответственность. И про «хочу» или «не хочу» тут, заметьте, речь и не идёт. Это — просто данность Жизни. Иначе быть не может. Принимай эту ответственность. Сегодня. Сейчас. Осознанно и честно неси её.